Как идти в ногу со временем? Цитата Андрея Себранта из выпуска подкаста Будет сделано!

Гость выпуска — Андрей Себрант, один из первых деятелей рунета, российский учёный, а также директор по стратегическому маркетингу компании Яндекс и создатель Telegram-канала о технологическом будущем. Узнаем, что нас ждёт!

Также подкаст можно слушать с помощью: Apple, Google, Яндекс, VK

Любимые книги гостей подкаста

В каждом выпуске наши гости рекомендуют лучшие, по их мнению, книги. Мы тщательно изучили рекомендации, убрали лишнее и оставили главное! Заполните форму и мы тут же пришлём вам на почту сочный PDF-документ со списком 10 лучших книг по версии героев подкаста. Стоит прочитать!

Ссылки и полезная информация

Содержание подкаста

[1:22] Как Андрей Себрант превратился из лазерного физика в маркетолога?
[10:30] Какой человек может стать идеальным сотрудником компании Яндекс?
[13:00] Существует ли конфликт поколений? Какую роль в нём играют технологии?
[17:30] Какие навыки нужны человеку, если он хочет идти в ногу со временем?
[23:29] Как компания может делать своих сотрудников счастливее?
[26:24] Какие продукты Яндекса Андрей Себрант считает лучшими? Чему должна научиться Алиса, чтобы стать президентом? Как попасть на работу в Яндекс?
[35:36] Как сохранить острый ум при напряжённой работе? Где черпать силы?
[40:01] Как побороть зависимость от соцсетей? Стоит ли ограничивать себя?
[47:28] Что Андрей Себрант узнал из разговора с Даниэлем Канеманом? Почему люди против беспилотников? Правда ли, что мы обожествляем машины?
[51:42] Что ждёт человечество в будущем в связи с развитием технологий?
[62:43] Какие профессии будут востребованы в будущем, а какие исчезнут?
[69:53] Рекомендации в рубрике «Пять в одном»: книга, сервис, привычка, вопрос, фильм.

В выпуске были упомянуты

1) Антон Носик — журналист, общественный деятель и популярный блогер
2) Lenta.ru — интернет-издание, созданное Антоном Носиком
3) Николай Басов и Александр Прохоров — советские учёные, изобретатели лазерных технологий, лауреаты Нобелевской премии по физике
4) Яндекс.Карты — подробные карты городов и регионов России, Европы и мира
5) Яндекс Дзен — персональная лента публикаций
6) Работа в Яндексе — вакансии компании
7) Китайская система городского наблюдения — эксперимент журналиста Би-би-си
8) Академия Яндекса — школы, лектории, олимпиады и другие образовательные проекты
9) Даниэль Канеман — психолог, лауреат Нобелевской премии по экономике

Андрей Себрант в Интернете

1) asebrant — профиль в Facebook
2) asebrant — лента в Twitter
3) TechSparks — канал в Telegram
4) Андрей Себрант — личный сайт
5) Sebrant chatting — подкаст в iTunes

Рубрика «Пять в одном»

1) Книга — Даниэль Канеман «Думай медленно, решай быстро»
2) Привычка — фантазировать
3) Инструменты — высокотехнологичная спортивная одежда
4) Вопрос — Зачем я делаю то, что делаю сейчас?
5) Фильмы — Чёрное зеркало и Аватар

Главные идеи выпуска

1. Работа в интернете похожа на работу в науке: есть свобода в выборе нагрузки и графика, можно изучать девайсы, ставить эксперименты, изобретать что-то и строить гипотезы, есть доступ к массивам данных и возможность их анализировать. Объект исследования другой, а методология та же.
2. Разница между поколениями во многом выдумана маркетологами. Далеко не у всех молодых людей есть проблемы с концентрацией внимания или страх перед книгами, в которых больше трёхсот страниц.
3. Неприятие людьми технологий может быть связано с обожествлением машин. Машина не может ошибиться, еѐ ошибка приравнивается к катастрофе, поэтому позволять машине принимать решения не стоит.
4. Технологические компании не должны использовать специальные
возможности, играя на склонностях людей к зависимостям, так как это неэтично.
5. Из-за умных машин средний класс уйдёт туда, куда уже ушли фермеры. Он станет ненужным. Вместо этого в будущем люди будут делать то, что им приятно, смогут стать волонтёрами в широком смысле этого слова.

Практические рекомендации

1. Осваивайте средства связи и учитесь быстро искать информацию. Технические навыки всё менее востребованы, вместо них нужно умение пользоваться программами и сервисами.
2. Рассматривая кандидатуру соискателя, оценивайте среди прочего его способность нетривиально мыслить, искать информацию, фантазировать, придумывать решения сложных задач.
3. Чтобы выдерживать жёсткий рабочий график, несколько раз в год полностью переключайтесь в режим отдыха и в этот период минимизируйте использование средств связи и вообще любых гаджетов.
4. Делайте продукты для людей. Если вы будете видеть, как именно вы улучшаете жизнь других, у вас не будет проблем с мотивацией.
5. Не ограничивайте себе доступ к соцсетям. Вместо этого контролируйте, что именно вы там делаете.

Понравился выпуск? Послушайте также

Станьте патроном подкаста

Выражаем благодарность за поддержку нашим патронам: Дмитрию Балиеву, Анастасии Чередовой, Гуле Кебурия, Максиму Каджиеву, Изабелле Инсалл, Ксении Демченко, Максиму Шошину, Николаю Марченко, Сергею Баскакову, Евгению Носову, Елене Янишевской, Никите Дубинину, Алексею Кравченко, Ине Ступеле, Денису Гончарову, Андрею Нецепляеву, Ильнуру Исмагилову, Денису, Анне Башкировой, Александру Михайлову, Евгению Пономареву, Николаю Чернобаеву, Александре, Артуру, Джей Ласт, Андрею Завалищеву, Алексею Драч, Вячеславу Семушину, Дмитрию Юрьеву, Екатерине, Cpaty, Анатолию Наумову, Themart, Евгению Юревичу, Антону, Андрею Вахтанову, Ольге Иванченко, Дмитрию, Артёму Богомолову, Ивану Афанасову, Ирине Ананьевой, Петру Голову, Сергею Шарову, Александру Баратову, Наталии Куделе, Денису Махневу, Марине, Евгению Ковалёву, Майку Прокопетсу, Александру Сергиенко, Алексею Ягуру, Денисс Хмелевскис, Андрею Панасюку, Екатерине Ларюсиной, Анастасии Белкиной, Кириллу Клёцину, Игорю Николаевой, Ксении Бородулиной, Марине Устиновой, Андрею Масленникову, Ольге Балога, Петру Ляпунову, Антону Дедову, Марии Бесединой, Лии Смекун, Марии, Александру Кубышеву, Денису Виноградову, Игорю Батракову, Алексею Кулакову, Дмитрию Юрьеву, Юлии Дахнович, Виктору Чеснокову и приглашаем вас присоединиться к клубу патронов «Будет сделано!» — сообществу самых преданных и благодарных слушателей подкаста, которые вносят неоценимый вклад в развитие проекта. Кто такие патроны и как стать одним из них, подробно описано на нашей странице в сервисе Patreon.

 

Текстовая версия подкаста с Андреем Себрантом

[00:10] Никита Маклахов: Добрый день! В эфире подкаст от проекта «Будет сделано!» — программа для тех, кто хочет больше за меньшее время, а также жить и работать без стресса. Я её ведущий, Никита Маклахов. Сегодня у нас в гостях Андрей Себрант, один из первых деятелей рунета, российский учёный, а также директор по стратегическому маркетингу компании Яндекс. Мы поговорим с Андреем о прошлом, настоящем и будущем, узнаем, как Андрей из физика-лазерщика превратился в первопроходца российского интернета, почему он решил развиваться в рамках крупной компании, а не построил свой бизнес. Обсудим, каким образом поддерживать свои знания о технологиях в актуальном состоянии и как не оказаться у обочины истории. Что Яндекс в первую очередь оценивает в потенциальных сотрудниках, и даже выясним, что интересного Андрей узнал из разговора с нобелевским лауреатом Даниэлем Канеманом. Андрей, здравствуйте!

[01:08] Андрей Себрант: Всем добрый день, добрый вечер, кто когда нас услышит.

[01:12] Никита Маклахов: Поясните, пожалуйста, для меня и для наших слушателей, что именно означает формулировка «один из первых деятелей рунета»? Чем конкретно в числе первооткрывателей вы занимались в российском интернете?

[01:24] Андрей Себрант: Я очень не люблю эту формулировку, на самом деле, хотя она встречается действительно, потому что деятель рунета — очень странная история. У рунета в его истории наиболее известные деятели были не людьми, которые готовили какие-то сервисы, а людьми, которые создавали контент. Яркий пример — увы, ушедший от нас, Антон Носик был совершенно гениальным онлайн-журналистом, публицистом и так далее; я действительно зачитывался его Вечерним интернетом, прародителем всех блогов, он сделал потрясающую Ленту.ру. Но в чём отличие рунета от, может быть, остального мира и в первую очередь от Америки, где интернет зародился? В том, что у них всё-таки отцами интернета считаются люди, которые создавали первые сервисы. Пусть потом какие-то сервисы не дожили, как A all, но не те журналисты, которые писали в интернет, пусть даже очень интересные тексты, а те инженеры, которые создавали инфраструктуру, те программисты, которые создавали принципиально новые истории вроде поисковой машины или социальной сети, считаются творцами интернета. А у нас деятель рунета — это человек, который в рунете что-то писал, у меня был маленький сайтик, но я, видит бог, никогда не являлся создателем популярного контента. Когда интернет стал только зарождаться, это 90-ые годы прошлого века, я действительно пришёл работать в один из первых провайдеров. На мой взгляд, история работы в первых провайдерах, в тех компаниях, которые давали вообще доступ в интернет тогда ещё по очень хилым модемам, по телефонным линиям, — это действительно создание рунета. Но кто вспомнит людей, кто создавали, например, Демос, в какой-то момент самый крупный и сильный провайдер; кто знает всех создателей Rialcom, компании, которая подключала Курчатовский институт, Академический институт к интернету в 90-ые? Да, моя карьера, моя работа в интернете началась с работы в провайдере, и, в общем, поскольку мне как раз тогда выпало заниматься, казалось бы, скучной работе по разработке тарифных планов этого провайдера, я через некоторое время узнал, что эта деятельность относится к маркетингу. Я тогда слова такого не слышал, потому что пришёл из чисто экспериментальной физики, и слово маркетинг для меня было чужеродным. Но так сложилось, что с 90-х годов прошлого века сначала занимался разработкой тарифных планов, потом как раз появился наконец тот web, который мы сейчас знаем, то есть это не просто гипертекст, который надо в текстовом браузере смотреть, а что-то с картинками, и это можно было смотреть уже просто на компьютере с Windows. И тогда надо было делать свой сайт, и первый сайт GlasNet там создавался при моём большом участии, но, опять же, это был сайт провайдера, это не был информационный ресурс в том смысле, в котором являются авторские проекты людей, считающимися создателями и гуру рунета. И потом в провайдерах я провёл довольно много лет.

[04:47] Никита Маклахов: Андрей, вы уже упомянули о том, что до работы в сфере интернет-технологий занимались научной деятельность, а именно лазерной физикой. Расскажите, как выглядел переход из науки в сферу интернета? С чем он был связан, как происходил, и что он в принципе для вас означал?

[05:04] Андрей Себрант: В общем-то, происходил он довольно гладко и выглядел совершенно естественно, потому что в те самые 90-е годы большая советская наука тихо разваливалась на кусочки. Действительно, в области, например, лазерной физики достаточно сказать, что именно советские учёные Басов и Прохоров получили за разработку первых лазеров Нобелевскую премию, мы действительно в этом месте были не то, что впереди планеты всей, но по крайней мере в авангарде большой лазерной науки и техники. Но в 90-е годы всё это начало потихоньку разваливаться, потому что лазерная техника и технология требует очень сложной кооперации чисто материальной — это поставка специальных очищенных газов, всевозможные приборы, которые перестали производить, когда развалилось научное приборостроение из-за того, что республики стали отдельными государствами. В общем, во всей этой кухне нужно было стоять перед выбором — то ли резко менять сферу деятельности, то ли уезжать, и большая часть моих друзей, коллег уехали и продолжили заниматься наукой в других странах. Мне уезжать не захотелось и хотелось в то же время найти деятельность, которая была бы по стилю, по образу жизни, сопряжённому с этой деятельностью, похожа на работу в науке. И поскольку я в то время дружил с людьми, которые занимаются провайдингом интернета, понял, что на самом деле это очень близко, потому что это тоже классные коллективы людей, которые работают столько времени, сколько им интересно, а не от звонка до звонка. Это люди, которые возятся с очень интересными техническими девайсами, правда они называются не как какие-нибудь спектрометры у меня на работе, а это модемы, серверы, ещё что-то. Это огромное количество данных, а я, как экспериментальный физик, обожал работать с данными, вылавливать в них какие-то закономерности, неожиданные штуки и так далее, а тут — логи. Когда ты впервые видишь этот объём логов, понимаешь, что сейчас я на него напущу свою любимую программу визуализации изначально физических процессов. И вдруг ты видишь интереснейшие особенности поведения пользователей, понимаешь, что пользователь — это такая нелинейная среда, не сильно отличается от лазерной плазмы, с которой я до этого 15 лет работал. Поэтому переход был гладкий, на самом деле, я просто, не зная слова маркетинг и не читая по нему учебников, ощутил, что работа по созданию пользовательского продукта — это работа с огромным количеством данных, это постановка экспериментов, это интерпретация полученных в ходе эксперимента результатов о поведении пользователя. Пользователи действительно ведут себя не линейно, готовых моделей, которые их описывают, нет, поэтому надо изобретать свои промежуточные модели, строить какие-то гипотезы. В общем, переход был гладкий, потому что объект исследований сменился, а методология, математический аппарат, привычки исследователя-физика все остались на месте.

[08:03] Никита Маклахов: Да, я понял, что вы нашли применение всем своим навыкам в новой сфере, по сути, без каких-то внутренних компромиссов.

[08:10] Андрей Себрант: Да, я потом много лет говорил, что «ребята, маркетинг — это типичная эмпирическая наука», надо мной громко и долго ржали. Сейчас перестали, сейчас все вдруг выяснили, что есть модные слова data-driven marketing, и что это действительно эмпирическая наука, там программировать надо, мат. статистику великолепно знать, а не только брифы писать. А 15 лет назад это казалось бредом физика, который почему-то называет себя маркетологом.

[08:38] Никита Маклахов: Андрей, у вас довольно богатый послужной список, вы работали над разными проектами и, насколько я знаю, по большей части в руководящих должностях. Расскажите, почему вы в итоге остановились именно на компании Яндекс, а не стали развивать какой-то свой проект в роли предпринимателя?

[08:55] Андрей Себрант: Потому что это мне было понятно более-менее с самого начала, как раз в те самые 90-е годы, когда было понятно, что мне надо расставаться с большой наукой, потому что на том уровне, на котором я привык её делать, я её больше делать не могу. А делать её на каком-то фиговом уровне не хочется, стыдно, и потом, репутация — такая штука, что делал крутые вещи, вдруг спёкся, начал какую-то фигню делать. Главная проблема, которая передо мной тогда стояла — это понять, свой бизнес или куда-то пойти в найм, потому что заранее мне это было не очевидно, у меня были приятели, которые бросили карьеру в науке и создавали свою компанию, у них даже это очень неплохо получалось. Но я понял эмоционально, что ли, что это не моё, мне огромное количество ответственности за людей, перед клиентами, в конце концов, огромное количество непредвиденных обстоятельств, которые действительно особенно на старте своего бизнеса абсолютно исключают вещи, связанные не совсем с личной жизнью, но с тем временем, которое ты хочешь отдать личной жизни. Не моё, мне это будет тяжело и немножко неприятно, а какого-то супер драйва, что я сейчас создам своё личное дело, и это будет моё детище — не испытывал я этого восторга. И как следствие, когда я увидел эту маленькую команду, сейчас бы её назвали стартапом, первый провайдер GlasNet, я ощутил себя на месте, мне там было комфортно, это и был выбор.

[10:28] Никита Маклахов: Хорошо, давайте тогда немножко ещё поговорим поподробнее о компании Яндекс. Вы работаете там, насколько я знаю, уже около 15 лет, и за это время, я уверен, встретились, познакомились и пообщались с огромным количеством сотрудников этой компании. Расскажите, какого человека, на ваш взгляд, можно назвать идеальным сотрудником Яндекса?

[10:48] Андрей Себрант: Это очень зависит от того, кем этот человек в Яндексе работает. Яндекс уже слишком большая компания, чтобы в ней были универсальные специалисты. И, конечно же, человек, работающий в отделе продаж столь крупной компании, с нашими оборотами, должен быть блестящим коммуникатором в том смысле, что он очень хорошо, тактично и одновременно очень убедительно должен уметь работать с клиентами самого разного ранга. В то же время, требовать таких коммуникационных навыков от ведущего программиста — наверное, это приятно, это такой плюсик, вишенка на торте, но совершенно не обязательная штука. Ведущий программист может быть и достаточно замкнутым человеком, если его понимают его коллеги, такие же, может быть, не очень коммуницирующие люди, то этого более чем достаточно. Поэтому мне кажется, что универсальный список не существует, он привязан к специальностям. Но что есть в качестве объединяющего людей, работающих в Яндексе — это, конечно, готовность к командной игре, потому что Яндекс — это компания, в которой люди работают в командах, и эти команды могут быть очень разные. Но самое главное, что эти команды действительно что-то создают в режиме совместного творчества, в частности, это одна из причин, по которой мы несколько раз в разных местах пробовали приглашать сильных людей на удалёнку и поняли, что это не живёт. На самом деле, творческая работа требует физического общения, какими бы хорошими ни были средства связи, так же как любые большие научные коллективы тоже, как правило, если даже разнесены в разных точках, то очень часто встречаются, и без физического контакта ничего хорошего не происходит. Поэтому, наверное, способность быть командным игроком и получать удовольствие от командной игры — это та черта, которая свойственна всем яндексоидам.

[12:54] Никита Маклахов: А если говорить о коммуникации среди сотрудников Яндекса и конкретно вашем общении с коллегами, сейчас всё чаще и чаще можно услышать истории про поколение Х и поколение Y. О том, что к людям из этого поколения нужен какой-то особый подход, что люди старшие эти поколения уже понять особо не могут. Так вот, насколько часто вы сталкиваетесь с этим вопросом в работе, и делаете ли вы что-то, чтобы научиться лучше понимать более молодых коллег?

[13:23] Андрей Себрант: Честно говоря, не сталкиваюсь, и вообще это поколенческое деление считают забавной, но скорее придумкой маркетологов. Потому что внутри поколений есть очень большие разбросы между тем, что интересно одним людям, и что не интересно одним. Если верить этим описаниям последних поколений, Х и Y особенно, это люди, не способные сконцентрироваться, люди, которые не могут дочитать до конца статью на 2 экрана, не говоря уже о целой книге. Вокруг меня есть люди, и почти все люди в Яндексе, они с удовольствием читают большие долгие книги, они способны по 8 часов каждый день концентрироваться на одной специальной задаче, которую решают. И в этом смысле ни разу в эти шаблонные описания Х и Y не попадают, хотя по году рождения вполне вписываются.

[14:17] Никита Маклахов: Может быть, здесь на лицо ошибка выжившего? Ведь в Яндекс попадают люди, прошедшие определённый отбор, который подразумевает, что они уже много читают и умеют концентрироваться.

[14:27] Андрей Себрант: Конечно, я просто говорю о том, что у любого поколения есть широкий диапазон, широкое распределение способности, например, читать длинные тексты или широкое распределение умения концентрироваться. И на самом деле, это история, которая отличает характеристики этого распределения от поколения к поколению. Не надо говорить, что если максимум этого распределения куда-то сдвинулся, то его крылья просто исчезли, это не так. Есть огромное количество людей, которые этими пресловутыми чертами совершенно не обладают. И, кстати, они есть и за пределами Яндекса тоже в больших количествах, это во всём мире, потому что очень смешно, с одной стороны говорят, что это люди, которые не способны читать, с другой стороны, тиражи бумажных даже книг в Америке постоянно растут, и кто-то их покупает. В итоге выясняется, особенно это хорошо видно, когда смотришь за поведением пользователя, уж что-что, а про это мы много знаем, что, конечно, люди больше начинают смотреть клипы на Youtube, но это совершенно не мешает им смотреть 60-минутные сериалы.

[15:34] Никита Маклахов: Хорошо, а если говорить, допустим, не о коммуникациях среди сотрудников, а в целом о коммуникации между поколениями, допустим, даже в рамках одной семьи. Считаете ли вы полезным или, возможно, необходимым, чтобы люди старших поколений осваивали какие-то технологии, которые привычны и знакомы более молодым людям? Например, сидели в тех же мессенджерах, где сидят их дети, играли, возможно, в те же самые игры, просто чтобы лучше друг друга понимать и как-то выстраивать общение?

[16:01] Андрей Себрант: Конечно, просто это надо делать не ради детей, а ради самих себя. В этом смысле очень легко заметить, что, например, мамаши детей и папаши сидят в мессенджерах и чатиках родителей, не потому что они таким образом хотят приблизиться к своим детям, просто им, как родителям, эта среда позволяет коммуницировать друг с другом и приносит некую дополнительную пользу. Поэтому технологии новые придумываются не для того, чтобы молодые поколения быстро их освоили, а старые с ужасом таращились на всё происходящее — нет, мы сейчас даже видим, что скорее прирост пользователей интернета в первую очередь идёт за счёт людей самых старших возрастов, потому что это, по сути дела, единственная группа, где ещё не 100% проникновения интернета. Я считаю, что современные технологии как раз прекрасны тем, что в отличие от технологий 20-летней давно не требуют каких-то специальных навыков, доступны абсолютно всем и овладение ими, использование их просто делает жизнь лучше, независимо от возраста.

[17:13] Никита Маклахов: Вместе с тем, сейчас появляется всё больше технологий, которые обывателю, на первый взгляд, кажутся совершенно непонятными и очень научными, вроде того же самого машинного обучения, блокчейн и так далее. Считаете ли вы, что каждый современный уважающий себя человек должен как можно скорее идти и изучать это хотя бы на базовом уровне, чтобы потом не остаться на обочине истории? Считаете ли вы, что без этих знаний уже просто не будет возможности развиваться в плане карьеры и личного роста?

[17:43] Андрей Себрант: Как правило, нет. Большая часть приборов, которыми все мы пользуемся, так или иначе используют полупроводниковые схемы. Но, простите, для того чтобы пользоваться современным телевизором или смартфоном, надо знать квантовую физику твёрдого тела? Создать смартфон, создать микросхему, не зная квантовой физики твёрдого тела, не реально, а для того чтобы на нём Youtube смотреть, надо просто тыкать пальчиками в экран. И в этом смысле прелесть современных технологий в том, что они всё больше становятся невидимыми. Эти самые люди, которые говорят: «Я никогда не буду пользоваться машинным интеллектом, чего эта машина замышляет?» Они им пользуются непрерывно, просто если они что-то спрашивают в поисковой системе в Яндексе, в Google, в Bing, где угодно, им отвечает система машинного интеллекта, ибо это всё система машинного обучения. Они в почту свою заходят и вдруг видят, что там спама меньше, чем содержательных писем, — это тоже целиком машинный интеллект, потому что давным-давно все системы фильтрации спама в почте обучаются сами по себе, а не следуют каким-то жёстким инструкциям людей. Они в интернете за что-то платят — вообще все платежи в интернете существуют только по той простой причине, что система отлова всяких ложных транзакций, транзакций, инициированных мошенниками, и так далее, все эти системы — это системы машинного обучения, искусственного интеллекта, если вам больше нравятся эти слова. Именно они позволяют банкам соглашаться в итоге с транзакциями в интернете, потому что большая часть мошеннических транзакций отлавливается, и для банков этот бизнес не является убыточным. Можно много чего ещё посмотреть, и в итоге окажется, что любой человек, который пользуется современными технологиями, хочет он того или нет, давным-давно пользуется искусственным интеллектом.

[19:38] Никита Маклахов: И всё-таки очевидно, что современные или будущие технологии значительно изменят не только нашу жизнь, но и нашу работу. Исходя из этого, на развитии каких навыков стоит делать акцент сегодня, чтобы завтра не остаться на обочине?

[19:54] Андрей Себрант: Ровно тех, которые нам нужны в обычной рядовой жизни, умение пользоваться современными средствами связи — мобильным телефоном не только для того, чтобы звонить, а чтобы воспользоваться на нём, например, мессенджером, умение быстро найти информацию. Другое дело, что все эти умения сейчас становятся всё более и более быстро осваиваемыми, потому что когда-то, для того чтобы начать работать на компьютере с Windows, надо было курсы заканчивать. Куча людей ломались на том, что не могли окончить курсы пользователя персонального компьютера, и поэтому персональный компьютер становился для них чем-то недосягаемым. Простите, я не знаю людей, которым надо сначала окончить курс пользования iPhone или Samsung, и только после этого они начнут пользоваться. Как-то начинают младенцы и старики пользоваться ими, не заканчивая курсов, и у них у всех неплохо получается. Поэтому, на самом деле, технических навыков становится нужно всё меньше, а понимание, что в этом месте мне не нужно делать чего-то руками, а нужно просто найти соответствующее приложение или обратиться к соответствующему сервису — это важно знать.

[21:12] Никита Маклахов: Если вы хотите не просто слушать подкасты и читать книги, но и реально менять что-то в своей жизни, приглашаю вас на «Курс полезного действия». Это обучающая онлайн-программа, где собраны все мои наработки и лучшие техники от гостей подкаста. Гарантирую, что по итогу обучения вы выстроите собственную систему личной эффективности, научитесь работать в комфортном режиме и достигать целей без борьбы с собой. Кроме того, вы внедрите не меньше 10 полезных привычек, и если нужно, избавитесь от 3-х вредных. Но главное — вы освоите технологию управления привычками и потом сможете самостоятельно проработать любую, даже самую сложную привычку. Обучение длится 3 месяца с небольшими перерывами на каникулы, всего 3 ступени по 16 уроков, на каждый урок вы будете тратить примерно 40 минут. Можно проходить курс самостоятельно, с куратором или под моим личным руководством. Наши обучающие курсы прошли уже более 700 человек, и 93% участников готовы рекомендовать курсы своим друзьям и родным. На каждом потоке у нас собирается очень крутая компания, так что сокурсники станут вашим новым, сильным и поддерживающим окружением. Обучение даст реальные результаты, которые сохранятся надолго, потому что вы получите не одноразовый волшебный пинок, а проверенную технологию. Меняется ваш образ жизни, образ мысли и стиль работы. В общем, это будет полномасштабная работа над собой, причём в лёгкой и увлекательной форме. Все подробности об участии в КПД ищите на нашем сайте по адресу willbedone.ru/game. До встречи на курсе!

[23:21] Никита Маклахов: Хорошо, давайте немножко вернёмся назад к разговору о компании Яндекс, и мне сейчас хочется поговорить вот о чём. Всё чаще и чаще можно услышать о том, что компании должны предоставлять или обеспечивать своих сотрудников не только деньгами, но и делать всё возможное, чтобы в жизни их сотрудников появлялось больше смысла и больше счастья. Расскажите, что в этом плане делает Яндекс для своих сотрудников, чтобы они были более счастливыми, и чтобы их жизнь была больше наполнена смыслом?

[23:52] Андрей Себрант: Яндексу в этом смысле немного проще. Хороший, между прочим, вопрос, он мне нравится тем, что он, наверное, как раз говорит про ту разницу поколений, о которой мы говорили раньше, и про эту разницу я забыл упомянуть. Ребята помоложе гораздо больше, чем старшее поколение, более возрастные сотрудники, заинтересованы не просто в соцпакете и размере зарплаты, а ещё и в том, чтобы они понимали, нафига они это делают. Эта история про то, что в жизни, в том числе в работе, должен быть смысл, что старый критерий, который когда-то считался очень правильным: «Я работаю, чтобы жить, я тяжёлым, иногда омерзительным трудом заработал деньги, а теперь я оставшиеся 2 часа в сутки буду заниматься на эти деньги чем-то, что мне приятно» — эта модель для ребят помоложе реально неприемлема. Они хотят, что если они как-то тратят часы своей жизни, в том числе на работе, чтобы они понимали, нафига, или они просто будут другую работу искать. И в этом смысле, конечно, в любой компании, которая делает массовые продукты, причём на самом деле любые, например, в этом смысле работа продавца в магазине, как ни странно, близка к работе сотрудника Яндекса. Человек, придя в магазин, понимает, что он делает каждый день, эта бабушка уйдёт с продуктами, этому человеку я подсказал что-то, что он не мог найти на наших полках, и люди просто уйдут домой чуть более довольные и с едой. А человек, который занимается разработкой какого-то продукта в Яндексе, понимает, что этот продукт изменит к лучшему жизни своих пользователей, и ему не надо объяснять, что у нас есть великие цели, он сам, собственно говоря, своей работой жизнь людей улучшает и видит это потом по тому, как люди этими сервисами пользуются, как люди про эти сервисы пишут. И даже если они ими возмущаются, то возмущаются, потому что в принципе они бы хотели этим пользоваться, только не хотят, чтобы занозы торчали в виде багов, поэтому баги надо залечить. Поэтому с мотивацией в компаниях, которые реально создают продукты для людей, всё достаточно хорошо.

[26:04] Никита Маклахов: А конкретно вы какими сервисами Яндекса больше всего гордитесь и считаете их наиболее полезными для обычных людей?

[26:12] Андрей Себрант: Ответ тривиальный, потому что, конечно же, больше всего жизнь людей меняет поиск, реально, это самая большая аудитория, самая большая частота обращений. И без поиска сейчас свою жизнь представить совсем-совсем сложно. Если взять свои личные пристрастия, то может оказаться, что, например, с точки зрения времени точно, в поиск же задал запрос, получил ответ и быстро куда-то перешёл, не могу сказать, что я часами пользуюсь поиском. Например, я точно, особенно с учётом московских пробок, могу сказать, что нашими картами я пользуюсь по 2,5 часа в день — это то время, которое я на них смотрю, пока машину веду.

[26:54] Никита Маклахов: А есть ли такие сервисы, которые, возможно, не так популярны и не так востребованы, как тот же поиск или Яндекс карты, но на которые тоже стоит обратить внимание, и они точно принесут пользу, если с ними поближе познакомиться? Есть ли такие?

[27:08] Андрей Себрант: Есть сервис, про который у меня очень неоднозначное мнение, потому что мне страшно нравится идея и пока не очень нравится получившийся результат — это Дзен. Дзен вроде очень классная штука с точки зрения того, что он может сильно мне сэкономить время, вместо того чтобы копаться в куче разных источников, выискивать интересные статьи путём просматривания хотя бы заголовков самостоятельно, он должен ленту интересных мне вещей формировать сам. У него пока, в моём случае, это не очень получается, я всё-таки надеюсь, что заявленные и очень сильные команды, я знаю ребят, которые делают Дзен, способность обучаться на основе поведения пользователя, в итоге формировать ему ровно то, что он хотел бы сегодня почитать, посмотреть, послушать, как-то станет для меня работающей. На сегодня я в Дзене вижу, к сожалению, кучу каких-то материалов, которые мне совершенно неинтересны, и не вижу в нём то, что получаю из других источников. Поэтому мне кажется, что общая идея такого страшно умного персонального ассистента, который прочёсывает все новости, Youtube, интересные каналы, даже подкасты интересные, а потом выдаёт мне ленту, что мне сегодня послушать, посмотреть, почитать, это страшно интересно, такой супер референт интеллектуальный. Как концепция — здорово, как реализация — пока не работает, но я продолжаю очень надеяться, что Дзен будет для меня одним из корневых, умных продуктов.

[28:46] Никита Маклахов: А что вы скажете по поводу сравнительного нового сервиса Яндекса, личного помощника Алисы? Расскажите, пользуетесь ли вы им сами, и если да, то как?

[28:56] Андрей Себрант: Это не сервис, это интерфейс. Конечно, потому что Алиса сама по себе не решает какой-то конкретной задачи, нет какого-то сокровенного знания, которым обладает именно Алиса. Алиса — это интерфейс, который, если тебе что-то надо найти, а в это время руки заняты — в машине я, кстати, действительно довольно часто пользуюсь, — то Алиса тебе сможет найти, не заставляя тебя что-то набирать на клавиатуре. В этой роли я ей пользуюсь редко, но зато знаю кучу людей, которые делают. Алиса может быть болталкой, у неё есть режим болталки, когда надо 5 минут убить времени, а заниматься чтением чего-то неохота, правда хочется чего-то совсем легкомысленного, то просто поболтать с Алисой — это тоже нормальное развлечение. Это, наверное, единственное, что можно назвать сервисом, Алиса в режиме болталки, но я специально это не выделяю, как сервис, потому что вообще, конечно, большая задача Алисы, к которой она будет долго-долго идти и долго учиться — это задача ассистента в прямом смысле слова. «Слушай, Алиса, в ближайшие длинные выходные куда-нибудь на море, не больше 10 минут от воды, и всё это в 120 евро, если можно». То есть ты понимаешь, что такая просьба, в принципе, может быть преобразована в последовательность запросов к разным сервисам, начиная от погоды, чтобы в этом море можно было купаться, заканчивая сервисом бронирования гостиниц, авиабилетов, да, карта потребуется, потому что надо будет проверить, за 10 минут от этой гостиницы ты дойдёшь или нет. И это, на самом деле, работа, которая вполне по силам современной машине, и по идее, если её оформлять сейчас в виде запросов в отдельные сервисы Яндекса, наших партнёров, ты там дофига времени проведешь и ещё что-то будешь записывать на бумажки, сравнивать. Это всё должна научиться делать Алиса.

[30:45] Никита Маклахов: Значит, по-вашему, пока что Алиса не готова становиться президентом России, да?

[30:51] Андрей Себрант: Конечно, всё-таки у нас есть возрастной ценз, он есть не случайно, чтобы стать президентом России, надо накопить жизненный опыт. Я думаю, что смысл возрастного ценза ровно в этом, а у Алисы пока с жизненным опытом не густо. Но дело в том, что машины учатся быстрее людей, поэтому я думаю, что нам не надо будет ждать 30 лет.

[31:13] Никита Маклахов: Я поясню для слушателей — не так давно какие-то ребята в рамках пиар-акции своего рекламного агентства сделали сайт, где предложили выдвинуть Алису в президенты. И за короткое время они набрали почти что 100 тысяч голосов, если не ошибаюсь, обойдя при этом даже многих реальных кандидатов. Получился, мягко говоря, успешный кейс.

[31:34] Андрей Себрант: Это, на самом деле, не совсем шутка, я думаю, что сразу на президента замахиваться, может быть, и сложно, но вообще история, при которой какие-то выборные должности или должности, которые связаны с общением с людьми, будут занимать умные машины — это гораздо более близкое будущее, чем кажется.

[31:57] Никита Маклахов: Хорошо, и снова мне хочется немного откатиться назад и задать ещё один вопрос по поводу работы в Яндексе. Поделитесь, пожалуйста, парочкой советов для тех людей, которые хотят попасть в вашу компанию на работу. Что этим людям нужно знать и каким образом можно повысить хотя бы на несколько процентов шанс того, что их в итоге возьмут и их кандидатуру одобрят?

[32:19] Андрей Себрант: Как обычно, есть простой и официальный путь, он всё равно необходим. У нас список вакансий открыт, соответственно, надо зайти на нашу страничку, ссылка на неё есть где-то в нижней части главной страницы Яндекса, и посмотреть все вакансии, потому что так или иначе человека всё равно на эту страницу отправят, даже если вдруг как-то про эту вакансию договариваются люди в реальном мире, в разговорах, то всё равно в конечном счёте тебе надо заполнить эту анкету. Вход в наш HR-отдел через заполнение формы на сайте, и там, кстати, надо смотреть, потому что для некоторых специальностей это действительно просто «расскажите о себе, приложите резюме», а для других специальностей, таких большинство, и самые интересные как раз туда и попадают, надо сделать либо контрольное задание, либо ответить на какие-то вопросы. И вопросы, которые там задаются, почти всегда не имеют правильных ответов, нам интересно посмотреть не то, способен ли человек пользоваться Яндексом, чтобы найти ответ на вопрос, это базовое умение, а интересно направление мысли, эрудиция, стилистика изложения этого ответа. Это очень важные дополнительные информационные факторы, которые учитываются при решении — позвать человека на интервью или нет. Поэтому, конечно, для всех интересных специальностей надо не просто заполнить анкету очевидными формальными ответами, а продемонстрировать умение нетривиально думать и, если, например, речь идёт о вакансии программиста, качественно писать код, потому что там будут конкретные примеры, которые потребуют демонстрации профессиональных умений. Но кроме этого, конечно, обязательный конец пути — это анкета, но начало пути может быть довольно разным, потому что Яндекс проводит огромное количество всяких школ, причём далеко не только для программистов. Есть и школа менеджеров, и школа дизайнеров, и школа продуктов, и школа ещё кого-то, кого только нет. И понятно, что человек, который окончил такую школу, для взрослых людей понятно, в каком смысле термин школа использую. Человек, окончивший эту школу, конечно, гораздо лучше и качественнее отвечает на эти вопросы, потому что его, собственно, в этой школе научили отвечать так на эти вопросы, как на эти вопросы отвечают в Яндексе. Вопросы все из реальной профессиональной жизни, поэтому, конечно, большим плюсом не будет формальным, что «я в анкете пометил, что я заканчивал вашу школу менеджеров». Слушай, если ты заканчивал школу менеджеров, а на вопросы отвечаешь, как будто не заканчивал, это очень плохо, ты ничему не научился. Поэтому сам по себе факт окончания школы менеджеров не помогает, а уровень ответов, который ты в результате этой школы менеджеров продемонстрировал, очень даже может помочь. Поэтому очевидный лайфхак, как принято говорить, это пройти какую-то из школ Яндекса по своей специальности или близкой специальности, это резко повышает шансы на дальнейший приём.

[35:26] Никита Маклахов: Андрей, вы упомянули нетривиальное мышление, как один из ключевых факторов для успешного трудоустройства в Яндексе. Скажите, делаете ли вы сами что-то в своей жизни, чтобы сохранять в любом возрасте гибкость ума и как раз это нетривиальное, гибкое мышление? Делаете ли вы какие-то практики, и включено ли это у вас в повседневную жизнь?

[35:47] Андрей Себрант: Это может быть не обязательно совсем формальная практика, но да, действительно ещё с тех пор, когда я занимался физикой, в общем, примерно в таком же режиме, как сейчас занимаюсь своей работой в Яндексе. То есть, когда это сильно больше 8 часов каждый день, а иногда ещё и без выходных, я довольно быстро обнаружил, что единственный способ это выдерживать — иногда абсолютно полностью переключаться. Я очень скептически отношусь к людям, которые гордятся, что «я 3 года не был в отпуске, у меня не было ни одного выходного». А потом начинаешь с ним разговаривать, видишь, насколько человек вязко реагирует на какие-то идеи, видишь, насколько устал он на самом деле, а эта усталость читается. И поэтому я считаю, что необходимость переключаться, необходимость таким образом как-то отдыхать, она действительно, по собственному опыту даже могу судить, сильно помогает мне в моём возрасте, а мне сейчас всё-таки 63, совершенно спокойно работать рядом с 20-летними и по крайней мере продолжать генерить какие-то идеи, которые их возбуждают. Это и означает, что все те годы с 70-х годов, когда я стал всерьёз заниматься физической наукой, святое дело в отпуске, в то время не было интернета, но даже в те годы у нас было правило, что в отпуск мы не берём никаких радиоприёмников. Если ты уходишь в сплав по уральским речкам — всё, только ты, река, медведи и рыба, которую ты ловишь. Сейчас я тоже очень люблю уезжать в какие-то дальние края несколько раз в год, теперь география может быть пошире, чем была в 70-е годы, но принципы те же. Конечно, у меня есть мобильный телефон, и в супер критической ситуации меня достанут, но этот рефлекс «а надо обязательно проверить, что в рабочих чатиках» — нет, не надо, на неделю надо забыть про рабочие чатики и думать о горах, море, кто что любит. Несколько раз в год обязательно полностью выключаться из этого и жить чем-то другим, причём это очень индивидуально, кто-то может погрузиться и неделю писать картину — это тоже нормально, если не хочешь никуда ехать, ты вообще по складу не путешественник, отлично, погрузись на неделю в живопись и напиши картину, думая только о ней.

[38:02] Никита Маклахов: Насколько я знаю, вы за свою жизнь посетили огромное количество мест, и мне очень хотелось бы услышать, какие места для вас являются местами силы, в которых вы больше всего наполняетесь энергией?

[38:13] Андрей Себрант: У меня это горы, определённые места в определённых горах. Как они находятся? Не знаю, там чувствуешь, когда в такое место попадаешь. Как ни странно, в Европе, например, это не супер красивые Альпы, я обожаю их с точки зрения эстетики, фотогеничности, там можно сделать такие фотки, которыми потом не жалко похвалиться. Но есть гораздо менее известная испанская горная система Сьерра-Невада, не та Сьерра-Невада, которая в Калифорнии, которая гораздо больше ассоциируется с этим именем, а первоначальная Сьерра-Невада, которая послужила потом основой для названия, когда осваивали американский континент. Эта испанская Сьерра-Невада, на её южных склонах есть очень странный, немножко затерянный мир под названием Альпухарры. И в нём есть несколько районов, к ним подходит описание «место силы» больше, чем к каким-то другим. Йосемити, вроде это как раз классическое место, очень известное, туристическое, но в Йосемити есть некоторые отдельные точки, может быть, как раз не самые популярные и не самые открыточные, но в них тоже эту самую силу чувствуешь. У нас в Сибири горная система Удокан, и там пески в районе Чары, тоже место силы; кое-что есть на Алтае. В общем, есть отдельные точки в разных горах в разных странах, где мне кажется, что эти самые силы есть.

[39:46] Никита Маклахов: К вопросу о том, что нужно расставаться с гаджетами на время отпуска. Насколько я знаю, один из ключевых показателей успешности работы любого интернет-сервиса — это то количество времени, которое пользователи в нём проводит. И каждый сервис, особенно поисковые системы и социальные сети пытаются этим показателем так или иначе манипулировать, всячески его увеличивать. И это всё приводит к тому, что у людей формируется зависимость — зависимость от социальный сетей, от гаджетов и так далее. И здесь у меня к вам 2 вопроса: вы, как представитель такой интернет-компании, считаете ли, что компании должны нести за это какую-то ответственность? И второй вопрос, пожалуй, более практический, есть ли у вас какие-то рецепты на тему того, как побороть такую зависимость к соцсетям или к гаджетам?

[40:32] Андрей Себрант: Не знаю, у меня, кстати, здесь такая непопулярная точка зрения, что это зависит от людей, как и любые другие зависимости, они скорее про человека, чем про его окружение. И если человек склонен на какие-то зависимости подсаживаться, то в те времена, когда не было интернета, он мог подсесть на азартные игры или на выпивку, ещё на какие-нибудь вещи. История про то, что какие-то новые неприятные возможности дали именно технологические вещи, не уверен я сильно, что это так, просто человеку, которому хочется уйти от, в общих словах, реальности, в отсутствие интернета тоже хватало способов, начиная от простейшего способа — алкоголизма, заканчивая более утончёнными, связанными с запойным чтением. При этом почему-то запойное чтение детективных романов никто не считает зависимостью, и, кстати, запойный просмотр кино или сериалов тоже, а если человек столько же времени просидел в Facebook или ВКонтакте, то это уже тревожно. Почему? Здесь технологии добавили возможности выбора, но не изменили суть человека, теперь у него больше выбора, от чего стать зависимым, это правда. Но сама по себе склонность быть зависимым от чего-то никуда не делась и как есть, такая и была. У меня ответ такой, отсюда же примерно следует и ответ про ответственность технологических компаний. Конечно же, технологические компании должны по минимуму использовать или лучше вообще не использовать свои специальные знания о человеке, которые, может быть, не формализованы, но внутри алгоритмов присутствуют, и в том числе среди этих знаний алгоритмы не явно могут выделять склонность к определённым зависимостям и на ней как-то паразитировать. Это, конечно, предельно неэтично, и это делать совершенно нельзя. Но за исключением персональных нарушений границ человека требовать, чтобы ВКонтакте отказывался работать с человеком больше 30 минут в день — нет, конечно, каждый человек всё-таки должен регулировать сам, если он взрослый; а если он не взрослый, то этим должны озаботиться родители. Но именно в силу того, что все люди разные, не надо пытаться централизованно организовать такие правила, запреты, политики, что пока тебе нет 16 лет, ты не можешь проводить за компьютером больше 2-х часов, это плохая практика. Не так давно большие исследования показали, что проблема не в том, сколько времени проводят, проблема в том, что делают. Если молодые ребятишки проводят за компьютером достаточно много времени, но при этом в разнообразных активностях, которые во многом делают их более приспособленными к взрослой жизни — это прекрасно. А если они все эти часы проводят в одной и той же игре, то это очень плохо. Но это не вопрос ограничения доступа к компьютеру, к которому часто сводят проблему, там всё немножко сложнее, чем кажется на первый взгляд, простые решения вообще редко бывают правильными.

[43:55] Никита Маклахов: Тем не менее, те же сигареты, алкоголь и более тяжёлые случаи, как наркотики, подвержены регуляции на уровне государства, на уровне закона. И здесь мне интересно узнать ваше мнение — в чём разница между этими понятиями? И где пролегает грань между тем, когда государство уже должно вмешаться, и тем, когда оно ещё должно ориентироваться на самостоятельность и осознанность людей?

[44:18] Андрей Себрант: Сравнение с алкоголем и сигаретами не совсем правомерное, потому что всё-таки физиологическое разрушение нашего тела, которое происходит в конечном счёте и в результате употребления алкоголя, и в результате курения, диагностируется, реально сокращает время жизни человека и, как правило, ещё и не очень обратимо. Что касается всяких воздействий скорее психологических, то наша психика гораздо более пластична. Опять же, привожу пример людей, которые много читают или много смотрят кино, вообще не описаны массовые случаи возникающих у человека проблем и сокращения срока его жизни, если он кинокритик и по обязанности смотрит кино 8 часов в день. Кажется, это не разрушает в нашем мозгу и в нашем теле ничего. А попытка начать регулировать потребление контента, простите, для этого другое слово существует — цензура. Утверждать, что цензура есть способ заботы о человечестве можно, но это вопрос не про физиологию, не про психологию, а чисто про политические истории.

[45:35] Никита Маклахов: Первая часть выпуска позади, через минуту мы с Андреем обсудим будущее, а пока давайте вспомним важные идеи, которые уже прозвучали. Андрей рассказал о компании Яндекс и о том, каким требованиям должен отвечать идеальный сотрудник. Работу в интернете мой гость сравнивает с работой в науке — и там, и там человек может сам выбрать себе нагрузку, изучать технические девайсы, ставить эксперименты, анализировать данные, изобретать что-то и строить гипотезы. В крупных компаниях, таких как Яндекс, обычно не требуются универсальные солдаты, у соискателя должны быть специальные навыки и знания, а также умение работать в команде. Чтобы попасть в Яндекс, нужно заполнить анкету и показать, что вы умеете нестандартно мыслить, быстро искать нужную информацию в интернете и находить решения сложных задач. А чтобы увеличить свои шансы на трудоустройство, имеет смысл пройти одну из школ, которые организует Яндекс. Далее мы с Андреем обсудили тему конфликта поколений. Он считает, что эта проблема во многом преувеличена, надумана. Далеко не вся молодежь имеет те недостатки, которые ей приписывают. Что же касается представителей старшего поколения, то их главная задача — осваивать новые технологии, программы и средства связи. Это не так сложно, как кажется, но совершенно необходимо для комфортной жизни и сейчас, и в будущем. Напоследок мы затронули актуальную для многих проблему зависания в соцсетях. Андрей убеждён, что причина не в сервисах и не в технологиях, а в самом человеке. Если есть склонность к зависимостям, то она будет проявляться самыми разными способами. Просто ограничивать себе доступ в сеть, по мнению Андрея, не разумно, лучше обратить внимание на то, чем конкретно вы занимаетесь в соцсетях и пользоваться ими по делу, для решения конкретных задач. Насколько я знаю, вы не так давно общались с очень интересным человеком, с Даниэлем Канеманом. И мне бы сейчас хотелось узнать, о чём вы говорили, и какие были самые ключевые, самые интересные мысли в вашей беседе?

[47:42] Андрей Себрант: Говорили мы, понятно, о тех вещах, в которых он является большим специалистом, — это когнитивные искажения, несовершенство нашего мышления, те ловушки, в которые мы попадаем, когда думаем, что на самом деле принимаем решения разумно, а принимаем их совершенно неразумно и нелогично. И мы как раз обсуждали, появились ли какие-то новые специфические именно для технологического современного мира типы ошибок рассуждений, когнитивных искажений и так далее. И у него была очень интересная мысль, которая сводится примерно к следующему — что огромное количество неприятия технологий, требований не допустить на улицы беспилотные автомобили, не допустить системы, которые не могут объяснить, как они принимали решения, к принятию каких-то решений. Он очень реализовано, как профессиональный психолог, заметил: «Слушай, в 90% случаев люди, которые долго принимают однотипные решения, совершенно не в состоянии объяснить, почему они это делают», «Потому что я уже давно знаю, как в этом случае надо себя вести», «А почему?», «Да фиг его знает, я за 10 лет привык принимать правильные решения». От человека все готовы слышать такое объяснение, но не принимают его от машины. И как раз тут Канеман предположил, что всё это очень похоже на некое обожествление, и это очень парадоксально и в то же время психологически очень красиво и объяснимо. Это требование к тому, что мы не можем позволить машине что-то делать, потому что она может это сделать как-то неправильно, из неосознанного предположения, что если машина делает, то это божество, которое не может ошибиться. Если божество вдруг ошиблось, то это катастрофа во внутренней картине мира. Это очень хорошо видно на примере всех историй про аварии беспилотных автомобилей, все согласны с тем, что этих аварий будет по разным оценкам в десятки, в сотни раз меньше, чем аварий сейчас с участием людей. Но при внимательном рассмотрении, почему же тогда это плохо: «Когда меня задавил человек, так бывает, в конце концов». Не случайно даже в уголовном кодексе, который является кодификацией наших этических представлений, наказание за умышленное убийство и неумышленное, когда ты наехал на человека, сильно разные. Потому что люди понимают, что так может сложиться, в некоторых случаях вообще ответственность может не наступить. Но ответственность за любую ошибку машины должна наступить и тяжелейшая, и это требование несоразмерности ответственности, что мы не можем выпустить автомобили, даже если они будут убивать каждый день всего по одному человеку. Ребят, постойте, сейчас сотни людей в день гибнут от того, что их давят другие люди, которые сидят за рулём. «Это люди, это нормально», но чтобы каждый день машина убивала по человеку — это страшно. Это неприятие того, что машина будет что-то делать лучше, чем человек, но не совсем идеально, связано с тем, что происходит, как ни странно, в голову у людей полное обожествление машины. Машине можно доверить что-то делать, только если она будет абсолютно божественно безупречной, тогда — да, пожалуйста. Это очень странный твист, зигзаг нашего мышления и нашего восприятия, который реально в куче мест мешает пустить машину принимать решения, которые будут лучше человеческих, но не идеальные.

[51:19] Никита Маклахов: Далеко не очевидная мысль, на самом деле.

[51:23] Андрей Себрант: Поэтому её и высказывал человек, который, слава тебе господи, всё-таки получил Нобелевку и психологией занимается не один десяток лет.

[51:31] Никита Маклахов: Хорошо, Андрей, я знаю, что вы совсем не любите заниматься какими-то предсказаниями будущего, но совсем эту тему стороной обойти я не могу. Поэтому мне хочется спросить у вас, что нас с наибольшей вероятностью ждёт впереди в отношениях с технологиями? Например, один из гостей нашего подкаста, антрополог Станислав Дробышевский, довольно серьёзно предполагает, что люди в будущем могут стать неким паразитическим придатком машин, что машины будут обеспечивать нас всем необходимым, а мы будем всё время находиться в приятном сне и только получать от машин необходимые для поддержания жизни вещества. Или другой возможный сценарий, например, тоталитарный режим, который показывается в сериале Чёрное зеркало. Какой сценарий развития событий вам лично кажется наиболее вероятным?

[52:18] Андрей Себрант: Ни тот, ни другой. Просто чего машины делают — машины за счёт общей автоматизации любого типа труда давно это эффективно делают на производстве. Посмотрите, какое количество людей было занято век назад в сельском хозяйстве, и это считалось очень человеческой функцией — еду, хлеб выращивать. Сейчас в десятки раз сократился процент населения, занятый выращиванием хлеба, а хлеба меньше не стало, и это важно, а эти люди нашли себя в чём-то другом. Потом возникла проблема, которая происходит сейчас, что возникла концепция среднего класса, который является основой общества. Средний класс должен был осознанно трудиться, приносить пользу и так далее. Современная история с умными машинами приводит к тому, что средний класс идёт примерно туда же, куда уже ушли фермеры и рабочие, он не шибко нужен. А дальше просто произойдёт, на мой взгляд, очень интересная ситуация, при которой этот необходимый труд, когда ты должен выбирать из спектра профессий, которые просто есть на сегодня в обществе, и далеко не всегда это совпадает с твоими мечтами. Ярчайший пример — дофига людей мечтают много писать, но на сегодня, если только ты не работаешь пиарщиком, да и то, работая пиарщиком, ты пишешь не совсем то, что ты хотел бы писать. Просто прожить сейчас писанием тех текстов, которые приятны тебе самому, быть поэтом или прозаиком, который обеспечивает себе жизнь своим писательским трудом. Слушайте, все знают этих писателей-поэтов, которые могут себе на жизнь заработать писательством, их, наверное, 1000 на страну в лучшем случае. А миллионы получают удовольствие от писания. Или как сейчас все с удовольствием занимаются какими-то скетчами и очень неплохо рисуют, если открыть Instagram и посмотреть, какое количество твоих приятелей, окончивших очередные курсы, ездят куда-то и тебе не фоточки шлют, а зарисовки этих новых мест, офигенное количество людей. При этом никто из них и не надеется, что таким образом себе на жизнь будет зарабатывать, хотя им страшно нравится рисовать. Так вот, история, при которой окажется, что большую часть таких работ, которые ты делаешь, чтобы заработать деньги на возможность съездить куда-то и порисовать, большая часть таких профессий потихонечку скончается. И в этой ситуации произойдёт история, которая местами уже случалась в некоторых странах, но, конечно, пока до конца не исследована. История, при которой люди будут реально делать то, что им приятно, и при этом будет какой-то процент людей, которым, конечно, просто приятно лежать в виртуальной реальности и оттуда не вылезать, их больше ничего не будет интересовать. И сейчас такие люди есть, просто они приходят с работы, нажираются, и их тоже больше ничего не интересует. А будут люди, которым страшно прикольно чего-то делать для себя, для других, ухаживать за кем-то. Огромное количество волонтёров, это люди, которые уже сейчас работают бесплатно, просто потому что им это прикольно, и им это важно, и это даже серьёзнее, чем прикольно, потому что волонтёры — это, как правило, люди, которые не по приколу работают, а действительно по зову души в прямом смысле этого слова. И у них откроется возможность, они смогут этим заниматься не как сейчас по вечерам и в выходные, а всё время, потому что пресловутый гарантированный доход, машины, взявшие на себя всю работу, и так далее, а человек сможет быть в широком смысле этого слова волонтёром. Такое общество волонтёров мне представляется, на самом деле, реализуемой утопией, и кто-то из них будет создавать новые программы для машин, кто-то будет заниматься разработкой систем следующего поколения и как-то с ними взаимодействовать, и это будет очень маленький процент населения. А остальные будут действительно заниматься самореализацией, надо просто трезво понимать, что для огромного количества людей самореализация — это «отстаньте от меня, дайте мне пялиться в телевизор, больше ничего не хочу, только пожрать».

[56:33] Никита Маклахов: Судя по вашему ответу, вы являетесь сторонником идеи безусловного базового дохода, верно? И как вы считаете, реально ли это будет в России, пусть даже в далёком будущем, но осуществить?

[56:44] Андрей Себрант: В каком-то будущем — да. Это понятно, что история, которая будет в первую очередь в связи с культурными особенностями различных наций, классов, которая по-настоящему займёт, как любой культурный переход, несколько поколений. Но я не случайно приводил примеры культурного перехода от земледельчества, как основной занятости населения, к фабричному труду. Да, на это ушло несколько поколений, потому что в том числе это были и культурные проблемы тех людей, которые считали, что работа на земле — это страшно важно, и то, что их дети уезжали в города, для них было большой моральной трагедией. И эти люди ещё, первые поколения в городах чувствовали себя не на месте, оторванными от земли, а их дети уже гораздо спокойнее, которые в городах родились. И эта история просто будет повторяться, и здесь темпы развития технологий никак не сказываются на темпах изменения культурно-социальных привычек, они измеряются поколениями. К сожалению, единица времени не астрономическая, мы будем думать не в годах, а в часах, не в столетиях, а в годах, мы будем думать здесь в поколениях, к сожалению. А это штука, которая не зависит от нас, не зависит от того, насколько быстро технологии внедряются в жизнь, для того чтобы прийти к миру, в котором, например, остатки знаменитого лозунга коммунистических времён: «Кто не работает, тот не ест», я его ещё помню, он у нас большими буквами в школе был написан, с детства ты должен был привыкнуть к этой идее и абсолютно ей проникнуться. Она в обществе гарантированного дохода вообще не имеет смысла, но уйдут поколения, чтобы эта идея выветрилась.

[58:33] Никита Маклахов: А что из этой картинки прекрасного, светлого будущего ждёте вы сами лично? Каких прорывов, новых технологий вы жаждете больше всего?

[58:42] Андрей Себрант: Трудно сказать, потому что, конечно, больше всего мне кажутся интересными технологии, которые будут происходить где-то на границе того, что мы называем информационными технологиями и биологией. Это даже не обязательно какие-то нейроинтерфейсы, но вообще технологии, которые будут напрямую, а не через промежуточные костыли типа медикаментов разбираться с проблемами нашего организма, даже, может быть, не настолько увеличивать сильно время жизни. Может оказаться, что эта задача как раз не очень решается, но увеличивать качество жизни, убрать огромное количество проблем субъективных для человека, который часто болеет или у которого какие-то телесные проблемы, здесь, я думаю, всё самое-самое интересное.

[59:33] Никита Маклахов: Хорошо, а если учесть в этом предсказании, в этом взгляде на будущее также фактор наличия государства? Готовясь к нашей беседе, я переслушивал ваш подкаст и наткнулся в одном из выпусков на, с одной стороны, удивительную, а с другой стороны, на ужасающую новость о том, что в Китае уже создана огромная сеть, если не ошибаюсь, из 400 миллионов видеокамер, которые позволяют найти любого человека в стране буквально за считанные минуты. Так вот, не пугает ли вас самого такая ситуация, и не думаете ли вы о том, что всё это в будущем может привести к появлению полностью полицейского государства? В том числе, или особенно в нашей стране.

[1:00:13] Андрей Себрант: Мне трудно сказать про нашу страну, потому что она как раз какая-то промежуточная, не могу сказать, что она целиком принадлежит к, как её официально называют, эллинистической культуре, к которой относится Европа, Штаты, и точно не относится целиком к восточным культурам, куда принадлежит Китай. В Китае, кстати говоря, эта перспектива не вызывает никакой дрожи, оторопи, а вполне принимается обществом. Как раз когда разговариваешь с китайцами, например, на каких-то конференциях по беспилотной технике и автомобилям, они никак не могут понять все разговоры про дилемму вагонетки, кого давить. Они говорят: «Слушайте, мы поэтому и делаем, давить, безусловно, надо наименее ценного члена общества». На вопрос: «Как же так, как можно вообще давить? Этика — это что, количественная наука?», «Да, конечно», говорят китайцы, «а в европейской культуре надо давить более ценного члена общества или это вообще не важно? А что тогда важно?» И оказывается, что, как ни странно, в таких задачах, наверное, культурные границы проявляются гораздо ярче, чем сейчас они проявляются в искусстве, ещё в чём-то. Вполне возможно, какие-то государства за счёт своей общественности реально насмерть встанут, чтобы такие системы наблюдения, постоянная полная идентификация граждан, понятно, что дальше всевозможные браслеты, чипы, что угодно, не надо будет находиться в поле зрения камеры, чтобы о тебе всё знали. В каких-то государствах это будет настолько неприемлемо, что законодательно будет запрещено напрочь. А в каких-то, Китай тому яркий пример, это будет наоборот отлично, жить безопаснее становится, врачи вовремя приедут, преступников на улице больше нет, и это же классно. Это вопросы того, где и как трактуется, например, свобода и персональные границы, соотношение ценности личности к ценности общества в разных культурах. И поэтому — да, технологии дают возможность этим культурным установкам очень сильно реализоваться.

[1:02:23] Никита Маклахов: Ещё один вопрос по поводу будущего профессий. В одном из постов, если не ошибаюсь, в Facebook я читал идею о том, что роботы и технологии скорее всего не заменят самые черновые ручные профессии, вроде, например, грузчика или уборщика, потому что это попросту не будет иметь смысла, поскольку ручной труд будет дешевле, чем труд работа. Также технологии не заменят высокоинтеллектуальные профессии, когда нужно что-то создавать, писать, творить. Но при этом они как раз заменят средний класс, например, менеджеров, юристов, бухгалтеров. Скажите, согласны ли вы с этой идеей, и как по-вашему будет выглядеть будущее наших работ?

[1:03:02] Андрей Себрант: Примерно согласен, трудно сказать насчёт грузчика, потому что где этот бедный грузчик работает? Если этот грузчик работает на современном складе, я думаю, что его заменят очень быстро, Amazon просто это уже показал, как выглядит современный склад, в котором нет грузчика. Это специфика, когда я говорил сам про этот пример, я там приводил, по-моему, сантехника, потому что с ним интересно. Дома строятся всё-таки с расчётом на десятилетия эксплуатации, и даже если мы начнём строить гипер умные дома послезавтра, этот ум не передается немедленно всем тем домам, которые уже построены и которые в среднем ещё 30-50, 100 лет будут стоять, смотря какой конструкции, но везде речь идёт о больших десятилетиях. И это даже в очень продвинутой Америке на одном из форумов выступал мэр Нью-Йорка и рассказывал ребятам из Калифорнии: «Это вам хорошо, потому что у вас дома, в основном, о которых вы говорите, как об умных домах, строятся на новых местах в вашей Силиконовой долине, и переделка всей инфраструктуры этого дома вещь простая. А мы в прошлом году закончили полностью обновление инфраструктуры Empire State Building, и в следующий раз обновлять эту инфраструктуру будем через 60 лет. Сейчас там нет ни одного датчика и ближайшие 60 лет не будет», просто потому что их невозможно врезать, для этого надо снова закрыть здание, вынуть все трубы, провода и так далее, «поэтому, простите, ближайшие 60 лет Empire State Building останется очень damp building, очень тупым зданием, никаким не smart». В общем, профессия сантехника или ремонтника в домашнем хозяйстве, такого мастера на час, точно в ближайшие десятилетия ничем не рискует. Новый дом, может быть, через 10 лет появится, который будет самовосстанавливающийся и вообще полностью автоматизированный, но большинство людей будет жить в старых домах. И когда у вас сломался бачок унитаза, человек придёт и справится лучше, чем робот. Возможно, через 50 лет эта ситуация изменится, с машинами ровно про это же речь, если даже завтра начнут беспилотные автомобили, уйдут десятилетия, пока они вымоют все предыдущие, просто потому что человек не меняет машину на следующий день. Сейчас все программы замен даже машин с двигателями внутреннего сгорания на машины с электрическими двигателями рассчитаны на десятилетия. Эти программы реально есть и воплощаются в ряде европейских стран, но везде речь о том, что, скажем, «запретить продажу машин с двигателями внутреннего сгорания к 2035 году», через 20 лет мы перестанем их продавать, ещё через 15 лет те, которые будут проданы в 2035 году, наконец уйдут на свалку. Таким образом, через 30 лет мы можем говорить о том, что транспорт станет электрическим, но это всё время такие масштабы. Просто потому, что огромное количество наших предметов окружающего мира, если посмотреть на промышленность, то это время эксплуатации станков и так далее, это всё-таки десятилетия. Поэтому профессии не будут мгновенно вымываться, будут появляться новые на новых интересных производствах, но никто не будет мгновенно заниматься, это чудовищно дорого, тем, чтобы все станки заменить на умные, все дома снести и построить новые умные. Поэтому огромное количество поддерживающих профессий для старой инфраструктуры ещё десятилетия будут сохраняться.

[1:06:38] Никита Маклахов: Здесь, видимо, остаётся сказать, что жаль только, жить в эту пору прекрасную, уж не придётся ни мне, ни тебе.

[1:06:45] Андрей Себрант: Вот я думаю, что большинству наших слушателей придётся, потому что вернёмся к тем самым разговорам про мои надежды на прогресс медицины в результате комбинированных усилий биологических наук и информационных технологий. Поэтому я думаю, что нас, наверное, слушают в основном ребятишки, в среднем будем считать, лет 30, кто-то помоложе, кто-то постарше, я думаю, что у них есть реальные шансы прожить ещё лет 70. А поскольку я сейчас всё время говорю, что все серьёзные обновления займут 30-50 лет, то они таки доживут. Я за себя с грустью должен сказать, что вряд ли, а для большинства слушателей — вполне. Например, я хорошо представляю себе их ощущения, потому что занимаясь той самой физикой с передовыми приборами и всем на свете в 90-м году, я близко себе не представлял мира информационных технологий, в котором мы живём сейчас, это другой мир, правда. Прошло, на самом деле, порядка 30 лет, за 30 лет в этом смысле мир изменился кардинально. И этим ребятам предстоит жить как раз в совершенно другую пору, через 30 лет мир будет настолько же отличаться от сегодняшнего, а может быть, даже больше отличаться от сегодняшнего, чем наш сегодняшний отличается от 90-го года. Много же историй про фразы бытовые сегодняшнего дня, за которые 30 лет назад можно было загреметь в психушку, «уйдёшь в лес, позвони мне оттуда», а сейчас это воспринимается нормально. Поэтому нам, может быть, не придётся, я твоего возраста не знаю, но нашим слушателям придётся.

[1:08:31] Никита Маклахов: Вторая часть нашего разговора с Андреем была полностью посвящена будущему. Мой гость поделился идеей, которую он почерпнул из разговора с Даниэлем Канеманом, эта идея заключается в том, что люди обожествляют машины и считают, что у умных машин не должно быть никакого права на ошибку. Именно поэтому многие боятся доверять технологиям и, например, выступают против беспилотников. Как бы там ни было, технологии развиваются, они уже вплелись в нашу жизнь, эта тенденция будет только усиливаться. Андрей предполагает, что прогресс приведёт к полному исчезновению среднего класса, люди получат возможность заниматься тем, что им по душе, а все необходимые функции будут выполнять машины. Появятся новые разработки на стыке информационных и биологических технологий, они позволяют решать медицинские проблемы и улучшать качество жизни. Возможно, реализуется идея безусловного базового дохода, скорее всего, со временем исчезнут многие профессии и появятся другие, будут также развиваться технологии наблюдения за людьми. Правда, уже сейчас далеко не во всех странах такие инновации принимаются с восторгом. В любом случае, прогресс неизбежен, хотя он и займёт несколько поколений. По словам моего гостя, нас ждёт такое будущее, которое мы не могли себе даже представить. Что ж, поживём, увидим. Я предлагаю переходить к нашей финальной, заключительной рубрике «Пять в одном», и в рамках неё я задаю 5 коротких вопросов нашим гостям. Первый вопрос касается книги. Скажите, есть ли такая книга, которую вы перечитываете чаще других? Или, возможно, такая книга, которая произвела на вас сильное впечатление в своё время?

[1:10:14] Андрей Себрант: Книжка Канемана, которую мы сегодня упоминали, безусловно, самая сильная книжка, на меня подействовавшая, за последние лет 10 — это книжка, которая в русском переводе называется «Думай медленно, решай быстро», автор Даниэль Канеман. Я считаю, что это вообще независимо от профессии настолько много говорит о том, как функционирует человек и его голова, что её должен прочесть каждый. Она не случайно бестселлер, который, что называется, в аэропортах всего мира продаётся, для того чтобы её прочитать, хотя эта книга написана по мотивам нобелевской работы по экономике, написана профессиональным психологом, не надо быть ни психологом, ни экономистом, чтобы читать её с наслаждением. Она написана простым человеческим языком, её каждый может прочесть, и практически гарантирую, каждый извлечёт из неё и пользу, и удовольствие.

[1:11:04] Никита Маклахов: Отлично, тогда второй вопрос касается привычки. Есть ли такая привычка в вашей жизни, которую вы считаете очень ценной и от которой не отказались бы даже в том случае, если бы все остальные привычки исчезли бы?

[1:11:16] Андрей Себрант: Фантазировать. Безусловно, у меня это самая, наверное, полезная и странная привычка, потому что я могу этим начать заниматься в процессе обсуждения какого-нибудь прикладного вопроса на совещании, а мне вдруг в голову пришла на эту тему какая-то странная фантазия. Но потом вдруг оказывается, что да, зря на этом совещании, но вообще классная идея, записали, пошли делать в параллельном потоке. И привычка фантазировать, которая у меня как-то со школы есть, наверное, она, во-первых, в значительной степени помогла в карьере, если говорить грубо, а во-вторых, точно делает жизнь интереснее.

[1:11:53] Никита Маклахов: Следующий пункт касается вопроса, такого вопроса, который вы бы посоветовали задавать людям самим себе, если они хотят прийти к каким-то озарениям, инсайтам или трансформациям в жизни.

[1:12:04] Андрей Себрант: Наверное, это всё-таки вопрос про самих этих людей и про ценность, уж больно пафосное слово, смыслы. Вопрос, который по-разному может формулироваться, но примерно — а зачем я всё это буду делать, зачем я делаю то, что делаю сейчас? Что мне надо делать такого, от чего и миру станет лучше, и мне приятнее? Вопрос про смыслы, а дальше их может быть много — смысл жизни, моей работы, создать семью именно с этим человеком. Вопрос про смыслы в разных формулировках, наверное, очень полезно человеку задавать себе как можно чаще. Я жалею, что долгое время этого не делал, и думаю, что много потерял из-за этого в жизни.

[1:12:58] Никита Маклахов: Четвёртый пункт — об инструменте, который как-то облегчает вашу жизнь или делает её немножко интереснее. Это может быть как и сервис в интернете, приложение, программа, так и что-то из реального мира, будь то удобный стул или ваши любимые кроссовки. Что-то такое, что облегчает вам жизнь.

[1:13:16] Андрей Себрант: На самом деле, хорошая подсказка про кроссовки. Вообще высокотехнологичная спортивная одежда, это не совсем точное определение, потому что я не хожу на работу в спортивных штанах. Просто я даже среди одежды городской выбираю ту, в которой использованы высокотехнологичные материалы, которые я знаю по своим горным походам и понимаю, что в них будет комфортно, потеть не будешь, а куртка с мембраной под дождём не даст промокнуть. В общем, я считаю, что тот колоссальный прогресс в одежде, который появился благодаря новым материалам, кстати, новым способом конструирования, кроссовки — хороший пример, настолько удобной обуви, поверьте, 20 лет назад близко не было, насколько комфортная и удобная современная обувь. И всё это пришло из спорта и занятий на свежем воздухе.

[1:14:09] Никита Маклахов: Отлично, и тогда напоследок пятый пункт, он касается фильма, критерии здесь примерно те же самые, что и с книгой, — или тот фильм, который вы чаще других пересматриваете, или который произвёл на вас сильное впечатление.

[1:14:21] Андрей Себрант: Тут гораздо тяжелее, потому что я вообще не большой любитель кино, я кино смотрю крайне редко, от случая к случаю. Как я смотрю Чёрное зеркало? Просто эта штука, вокруг которой куча вопросов в том контексте, где я работаю, нормальный вопрос после лекции: «А что вы думаете про Чёрное зеркало?» Поэтому неприлично говорить, что я не смотрел его. Про все сезоны кроме последнего, где стали появляться интересные вопросы про человека, мне смотреть скучно, предыдущие сезоны ни разу не являются антиутопией, потому что в них описано всё то, что уже есть сейчас, поэтому это скучно. И потому что там всё про то, к чему страшному может прийти технология, — она туда давно пришла, вы не заметили, а мы не умерли, поэтому они скучны. А в последнем сезоне очень ярким примером является серия про устройство слежения, которое мама повесила на ребёнка, а потом стала фильтровать жизнь этого ребёнка, потому что устройство достаточно умное, чтобы блокировать в восприятии ребёнка неприятные картины вокруг. Это настолько про поведение современных родителей, что эта серия прекрасна тем, что она из проблем технологических перешла к проблемам психологии человека. Стремление родителей защитить человека от внешнего мира, и чем это заканчивается, всегда трагично, там уже не важна технологическая подоплёка, это прекрасная серия про человека. Поэтому я не отвечу про кино, у меня нет любимого фильма, в принципе нет, я их смотрю по работе, у меня нет какого-то фильма в моей библиотеке в компьютере или в виде древнего blu-ray, который бы я пересматривал. Один могу назвать, я только сейчас подумал, что есть всё-таки фильм, который пересматривал 3-4 раза, потому что он прекрасен визуально, в нём есть очень хороший посыл про смысл технологий, называется Аватар. Я думаю, что Аватар смотрели и все слушатели нашего подкаста, поэтому не надо объяснять, что за фильм. Его я раз 5 смотрел, наверное, в разных ситуациях.

[1:16:37] Никита Маклахов: Хорошо, Андрей, спасибо вам за ответы. И в конце каждой беседы я отвожу гостям чуть-чуть времени, чтобы они могли рассказать нашим слушателям, где вас можно найти в интернете или в реальной жизни, понаблюдать за тем, что вы рассказываете, или прийти на какое-то ваше мероприятие и принять в нём участие.

[1:16:57] Андрей Себрант: Наверное, самое простое всё-таки начать с интернета, где, собственно, и встречаются анонсы и объявления о каких-то мероприятиях. Потому что просто так прийти в офис Яндекс, я тут работаю, не то чтобы любых гостей мы готовы в любой момент принять. А про мероприятия, как правило, пишу в Facebook, в Twitter, в Telegram. У меня очень удобная особенность, при моей фамилии легко найти, потому что, когда Вася Иванов говорит: «Найдите меня в интернете», есть некоторые проблемы. А если человек в интернете не может найти Андрея Себранта, я боюсь, нам будет дальше скучно разговаривать, если он такими базовыми навыками не владеет.

[1:17:39] Никита Маклахов: Ладно, на этом мы будем прощаться. Андрей, спасибо большое вам за уделённое время и за интересную беседу. Спасибо всем, кто нас сегодня слушал, успехов и до новых встреч!

[1:17:49] Андрей Себрант: Успехов и удачи, это то, чего всегда хочется пожелать всем тем, кто разбирается с нашими технологиями, непростой жизнью и так далее. Успехов всем и удачи!

Вы прослушали очередной выпуск подкаста от проекта «Будет сделано!» Чтобы вы могли извлечь из него ещё больше пользы, я оформил для вас специальные бонусные документы. В них в очень удобном и красивом виде собраны все самые главные идеи и рекомендации от наших гостей по каждому выпуску. Напишите пару приятных слов на странице подкаста в iTunes или опубликуйте ссылку на подкаст на своей странице в любой из социальных сетей. А после этого напишите мне в личные сообщения или на почту, и я буду рад отправить вам эти бонусные документы. Также не стесняйтесь присылать мне обратную связь, вопросы, идеи и комментарии. А я в свою очередь приложу все усилия к тому, чтобы каждый выпуск был интереснее и насыщеннее предыдущего. Оставайтесь с нами, и всё самое важное в жизни будет сделано!